Когда евангелики и православные заодно

Когда евангелики и православные заодно

Когда евангелики и православные заодно


5/12/2017/Ортодоксия.ру/.

В борьбе идей и ценностей, идущей в Америке и на международной арене, протестанты и русские православные оказались на одной стороне, несмотря на свои богословские различия.

Марк Мовсесян (Mark Movsesian), First Things. Evangelical and Orthodox Together                             
 

В этом месяце я в качестве модератора принял участие в семинаре Центра исследований православия при Фордхемском университете на тему зарождающегося альянса между американскими протестантами и Русской православной церковью. На этом семинаре собрались бывшие чиновники из демократических и республиканских администраций, а также исследователи русского православия. Выступавшие представляли разнообразные точки зрения, однако у участников сложилось единое мнение о том, что такой альянс действительно формируется по социальным и культурным вопросам, в частности, по вопросам пола и сексуальной принадлежности, и что он будет оказывать серьезное влияние на внутреннюю и международную политику.

Консенсус сформировался и по другому вопросу, а именно, что есть нечто странное в таком альянсе между американскими протестантами и русским православием, и что это нуждается в объяснении. У многих комментаторов в средствах массовой информации есть уже готовые ответы: это не более чем тактический альянс, причем альянс искусственный, характерной чертой которого являются тайные мотивы обеих сторон. Американским протестантам этот альянс дает возможность выступать с бесчестными духовными нападками на своих внутренних врагов в ущерб собственным принципам. Это своего рода предательство. Для православия, которое хочет ограничить деятельность американских протестантов в России, этот альянс является еще более циничным инструментом, продолжением царского и советского империализма, который постоянно искал союзников ради продвижения российских интересов на мировой арене. Русские, заявляют сторонники такой аргументации, добиваются отмены американских санкций и видят в протестантах инструмент для достижения этой цели. Автор одного очерка в издании Economist заявил в этом году: «Похоже, что возвращается старая дипломатия».

При всем уважении я скептически отношусь такому консенсусу. Во-первых, у меня есть сомнения в прочности и долговечности этого альянса. Действительно, некоторые лидеры протестантов в последнее время положительно отзываются о Владимире Путине, который сделал православие важной составляющей своего публичного имиджа, а некоторые протестантские организации сотрудничают с Русской православной церковью на международных конференциях по вопросам семьи. Однако между ними существуют глубокие различия в вере и религиозном учении, преодолеть которые будет очень сложно, даже если предположить, что у обеих сторон появится такое желание. Например, протестанты вряд ли увидят какую-то ценность в почитании икон, а православные не захотят признавать протестантские труды о церкви. Намного логичнее был бы альянс между католической и православной церквями, так как между ними намного больше общего в плане духовности и религиозных обрядов. Мне также интересно, сколько людей (если не считать церковное руководство) знают о зарождающемся альянсе и воспринимают его всерьез. Одно дело — международные конференции, и совсем другое — реальная преданность прихожан (если исходить из того, что прихожане имеются

Тем не менее (и это второй момент), если такой Альянс формируется, то мне он не кажется неискренним. Несомненно здесь свою роль играет политика. Однако протестанты и православные могут совершенно искренне видеть друг в друге союзников в конфликте с агрессивным прогрессивизмом, который задает тон в США и на мировой арене. Религиозные консерваторы чувствуют, что оказались в осаде, и ждут подкрепление. Задумаемся о последних событиях в США. Вопрос о контрацепции, дело Обергефелла против Ходжеса и дело об отказе кондитерской Masterpiece Cakeshop приготовить торт для однополой пары брачующихся могли вызвать у консервативных протестантов мысль о том, что прогрессивисты решили с ними поквитаться. Я полагаю, что прогрессивисты назвали бы это заслуженным наказанием. Так, во время прений по делу Обергефелла против Ходжеса заместитель генерального прокурора, отвечая на вопрос суда, заявил, что религиозные институты, возражающие против однополых браков, надо облагать налогом. Это был не просто какой-нибудь газетный комментатор, сделавший походя небрежное замечание; это был высокопоставленный юрист, публично сделавший официальное заявление.


На международной арене западные адвокаты все более прогрессивно трактуют права человека, особенно, что касается вопросов пола и сексуальности. Христиане-традиционалисты, к которым относятся православные из России, могут искренне верить в то, что их мировоззрение быстро становится недопустимым на форумах по правам человека. Они задаются вопросом о том, когда однополые браки будут объявлены международным правом человека, а отказывающиеся утверждать это право страны станут париями в области правозащиты. И когда транссексуальность получит юридическую защиту. Недавнее противостояние в Женеве по резолюции о так называемых традиционных ценностях можно воспринимать как проявление конфликта между двумя соперничающими концепциями человеческого достоинства. Первая, которой придерживается большинство западных юристов, сосредоточена на личной свободе. А вторая, которую выдвигают представители мирового Востока и Юга, в центр внимания ставит традиционные представления о природе человека.

Американские протестанты, по крайней мере, консервативные протестанты, могут искренне восхищаться Русской православной церковью, а также Путиным, поскольку те отказываются уступать укрепляющим свои позиции прогрессивистам. Кристофер Колдуэлл (Christopher Caldwell) недавно сказал, что Путин сегодня в глазах традиционалистов играет ту же роль, какую 60 лет назад, по мнению прогрессивистов, играл Кастро. Они согласны далеко не со всем, за что он выступает, и не восхищаются им лично. Но в важных вопросах, которые им небезразличны, Путин противостоит могущественным силам, в которых они видят угрозу.

Альянс между американскими протестантами и русским православием не следует сбрасывать со счетов, называя его проявлением обычного цинизма. Возможно, отчасти это брак по расчету, который продлится недолго. Но мне кажется, что это настоящий союз, основанный на признании и сопротивлении тому, что обе стороны воспринимают как общую угрозу. Если говорить конкретно, то это прогрессивизм, стремящийся столкнуть со сцены консерваторов-традиционалистов. В борьбе идей и ценностей, идущей в Америке и на международной арене, протестанты и русские православные оказались на одной стороне, несмотря на свои богословские различия.


Марк Мовсесян возглавляет проект «Традиция» в Центре права и религии им. Св. Иоанна.

Перевод

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Подписка на новости